В гостях у морских 
  пограничников 


Мы с Остапом сидим в редакции, каждый занят чем-то своим.
Вдруг в кабинет влетает фотограф Владимир Стеганцев:

- Едем к пограничным морякам?

Мы, понятно, загорелись:

- Едем!

Уже в машине Владимир Александрович объяснил:

- Делается фотоальбом об Амурской области "На рубеже
веков". Я поснимаю моряков, вы посмотрите, что-нибудь
напишете.

Мы доехали: войсковая часть N 2486. Нам показали рубку.
Там мы посмотрели в "бинокулярный" прибор наблюдения на
песок и кустики противоположного берега Зеи.

Анна: - Я посидела в капитанском кресле. Самое
страшное для меня было на каблуках и в длинной,
путающейся в ногах юбке ходить по качающейся палубе,
спускаться по крутым железным лесенкам, бояться
упасть с неустойчивого и шатающегося во все стороны
трапа. Но в этом были и свои плюсы: каждый моряк
спешил подать мне руку, поддержать, помочь...
Остап, глядя на меня, язвительно щурился, а я
всем улыбалась.

Еще мы пили чай в кают-компании. Заместитель командира
корабля Сергей рассуждал о том, что было бы неплохо
назвать корабль в честь газеты - "Молодежкой". Я всеми
руками была "за". Договорились дружить, тем более что
между нашей редакцией и их кораблем оказалось много
общего: например, у них тоже нет чайника. Правда, мы
кипятим воду в банке, а они в кастрюле...

Остап: - В рубке же нам рассказали занятную историю.
Как-то раз жена одного офицера решила прокатиться на
корабле, которым командует ее супруг, и посмотреть,
на самом ли деле служба у него такая опасная, как он
об этом рассказывает. Приехала она на причал, взошла
на борт. Корабль взревел моторами и пошел вдруг в
сторону Китая. По дуге. Все в шоке - как же так?
Почему руля не слушается?! Кто-то даже сказал, что это
из-за женщины на корабле. Потом корабль остановили и
тихо-тихо подогнали к берегу. Как оказалось, едва
офицерская супруга ступила на палубу, у корабля
отвалился один из двух винтов.

- Вот как после этого не верить в то, что женщина
на корабле - это к несчастью! - сказал Сергей
и выразительно посмотрел на Анну Геут.

- Я не женщина, я корреспондент! - парировала Анна.
Я с сомнением посмотрел на нее.

Анна: - Я беседовала с моряками срочной службы. 
Вот, например, Андрей Близнюк. Когда мне сказали,
что он появился здесь худеньким и слабым, я не могла
поверить: такой высокий, широкоплечий. Служить ему
осталось всего месяц. Родом он из Белогорска.

После чая Владимир Александрович решил отблагодарить
моряков за гостеприимство - пофотографировать их.
Он вышел на причал... и началось. Изображая "учебную
тревогу", матросы несколько раз пробегали по причалу
на корабли, чтобы наш любезный фотограф имел возможность
запечатлеть их мужественные лица. Мужественных лиц,
правда, не получилось, моряки наглым образом смеялись.
Один даже от смеха чуть не упал на бегу, но друзья его
поддержали.

Остап: - А потом наш фотокор начал командовать...
катером: тот четыре круга по Зее сделал, двадцать
литров соляры сжег. А литр солярки стоит больше
пяти рублей. Вот во что обошлись несколько снимков.

Затем дошла очередь до Анны. Не все ей заигрывать
с гарными флотскими парнями! Владимир Александрович
(в этот момент я даже простил ему издевательства
над матросами) скомандовал Анне причал подраить.
Настоящей "машкой" - так на флоте называется швабра.
"Вот! - подумал я, наблюдая за очищением причала.
- Вот чем должна заниматься женщина! Полы мыть!
А не мучиться литературными изысками..."

Когда мы уже собрались уходить, произошел маленький
казус: у одного моряка ветром сдуло бескозырку 
в воду. Все растерялись: кто-то застыл, не зная,
что предпринять, кто-то засуетился. А бескозырка
плавала... Через пару минут все разрешилось:
моряки с соседнего корабля вытащили головной убор
багром. А Владимир Александрович сделал
незапланированный кадр.